Кризис драмы

К Дню детектива (да-да, оказывается, он сегодня - 20 апреля!) «Литрес» и «Читай-город» выяснили любопытные детали о наших читательских привычках.

Главный вывод: мы не просто любим читать про преступления, мы не прочь их раскрывать сами!

Вот что еще узнали:

▪️ 75% опрошенных хотели бы лично заняться расследованием. А если выбирать напарника, 37% выбрали бы Шерлока Холмса, 34% - Эркюля Пуаро, а 20% - доктора Ватсона. Мисс Марпл и Нэнси Дрю тоже в топе.

▪️ Классика вне конкуренции. Цикл о Холмсе (43%) - абсолютный лидер. Далее с минимальным отрывом идут «Убийство в Восточном экспрессе» (39%) и «Десять негритят» (33%).

▪️ Терпение - наше все. Лишь 25% хотя бы раз заглядывали в конец книги, а спойлеры в интернете ищут только 20%. 52% часто угадывают убийцу, но признают, что бывают сюрпризы.

▪️ Самым любимый детективный сюжет - классическое убийство (50%). Убийство в замкнутом пространстве - 47%. Третий по популярности - исчезновение человека (39%), а затем - тайна конкретного места (38%) и загадка наследства (25%).

МАХ

Давно не было рубрики «А что там в MAX?».

Сегодня вслед за мной в Лахта центре (фото оттуда) выступал коллега из VK, который рассказывал про перспективы нацмессенджера.

Тезисно:

1. Остались считанные недели до внедрения комментариев в каналах, историй и возможности переводить каналы из приватных в публичные.

2. Планируется внедрение рекламного кабинета MAX. Это не ближайшая перспектива, но целятся в 2026 год.

3. Раньше рекламного кабинета ещё должны появиться опросы и встроенная статистика.

Писатель Сергей Лукьяненко прокомментировал маркировку его книги по закону о наркотиках

С 1 марта вступили в силу изменения, предусматривающие уголовную и административную ответственность за распространение произведений литературы и искусства с упоминанием наркотиков.

Вначале с иронией, а потом, честно говоря, с возмущением, потому что по контексту понятно, что наркотики там осуждаются.

Лукьяненко подчеркнул, что его роман «Рыцари Сорока Островов» был промаркирован, так как по формальному признаку упоминание наркотиков есть.

А значит, нужно маркировать, налепить наклейку, что до 18 читать нельзя, хотя книжка, в общем, подростковая. Это безумие.

Российским Книжным Союзом подготовлен перечень книг, содержащих упоминания наркотических средств и подлежащих специальной маркировке. Кроме приключенческой книги Сергея Лукьяненко, в него вошли также: «Крутой маршрут» Евгении Гинзбург,«Мультики» Михаила Елизарова, «В начале было Слово - в конце будет Цифра» Маргариты Симоньян, роман Дины Рубиной «Дизайнер Жорка. Книга вторая. Серебряный рудник», роман «Сажайте, и вырастет» Андрея Рубанова, «К востоку от Эдема» Стейнбека, а также несколько книг Виктора Пелевина, книги популярной среди молодежи Анны Джейн, романы Стивена Кинга, детективы Ю Несбе.

Перечень еженедельно обновляется.

Я, наверное, надоела вам своими восторгами по поводу «Поповича» Шаргунова, когда только читала книгу. Прошу прощения, но выскажусь еще раз, уже постом в канал.
Это на самом деле невероятная книга. Искренне считаю, что она - лучшее, что было издано на нашем рынке за последние десять лет. Да, именно так. Сергей Шаргунов, от которого я, честно говоря, ждала крепкой прозы в духе его «1993» и только, сразил меня еще и честностью, откровенностью и пронзительной болью человека, который ищет Веру.

В центре сюжета - семнадцатилетний Лука, сын священника. Он учится в обычной школе, влюблен в одноклассницу, читает тайно Сартра, готовится поступать на филфак. И одновременно каждое воскресенье служит в алтаре, исповедуется отцу, соблюдает посты и пытается совладать с тем, что его собственное взрослеющее тело вдруг начинает жить по каким-то своим, совсем не церковным законам.
Шаргунов пишет о конфликте между «хочу» и «нельзя» удивительно бережно и безоценочно. В некоторых сценах мне было жалко Луку. Я возмущалась тем, как можно взрослым людям не понимать потребности молодого организма в пубертате, как можно требовать от парня того, что противоречит самой природе. Но в других эпизодах я вставала на сторону родителей Луки. Понимала, что они устроили сыну домашний и храмовый паноптикум из благих побуждений. Они искренне верят, что спасают сына, сохраняют чистоту его тела и души. Автор ни на чьей стороне. Он не клеймит ни «мракобесов-церковников», ни «блудного сынка». Шаргунов просто показывает эту невероятную, трагическую коллизию, где каждый по-своему прав и каждый по-своему слеп.
Особенно меня поразило, как деликатно Шаргунов пишет о телесности, о первом сексуальном опыте, о грехе онанизма, который для Луки становится настоящей пыткой. Никакой чернухи, никакого натурализма. Только болезненная реакция юноши на то, чему он не может противостоять. Стыд, от которого хочется провалиться сквозь землю и бесконечные попытки «договориться» с Богом и с самим собой.

Не удивительно, что в итоге постоянное ощущение собственной греховности, жизнь в заточении и под тотальным контролем, крах отцовского авторитета приводят Луку к бунту. Он решает для себя, что Бога нет, ворует у бабушки деньги, крушит иконы и сбегает из дома. Но безверие не делает его свободным и не приносит облегчения. Наоборот, оно толкает его к еще большему хаосу и разочарованию. Поскитавшись на Донбассе, потом в далеком Забайкалье, он все-таки возвращается к родным. И они его прощают и принимают. Но..
Лука так не обрел Веру. В финале, стоя на рождественской службе, он тоскует по ней и молит Бога открыться ему. Его мучение, и в этом для меня главная мысль книги, в невозможности ни вернуть прежнюю наивную веру, ни обрести спокойствие в атеизме. Уверена, что такое чувство знакомо многим из нас.

Я с удовольствием рекомендую книгу всем: и верующим, и атеистам, и агностикам. Роман у Шаргунова получился живой, дышащий, написанный волшебным слогом. Нет ни одного лишнего предложения, каждое слово яркое и точно в цель.
Это настоящая литература, которую нужно читать обязательно.
Автору мое почтение.
#чтения

МАХ | Чат МАХ | Telegram

— А не могли бы вы немного рассказать о вашем учителе?
— Свободный человек. Он однажды сказал нам, что раныше, при царе, интеллигенция на панихидах не крестилась в знак протеста, а когда государство ввело атеизм, немедля начала креститься - из протеста же. И он сказал: когда же вы, несчастные, начнете жить не из протеста, а из собственной нужды?

Сергей Самсонов
Страсти по Немухину

Ужасы пишут. Кто-то с айфоном и приложением Telega пробовал обновиться? Как оно?
Я пока отключила у себя автообновление.

А вообще, оцените, на какие риски и жертвы я иду ради вас. Якобы вредоносную Telega отказалась удалять по рекомендации Apple, айфон не обновляю. Все, чтобы быть с вами на связи.

Новая книга Александра Пелевина "Никто не умрет", вышедшая в серии "Неороман" издательства АСТ, редакция КПД, пришла ко мне в канун Пасхи.
В этом году празднование Воскресения Христова чудесным образом совпало с 65-й годовщиной первого полета человека - нашего Юрия Гагарина - в космос. Вольно или невольно, но в книге эти темы тоже перекликаются.

Взяв за основу довольно тривиальный сюжет - молодой художник из Петербурга, оказывается на Донбассе, после чего переосмысливает жизненные ценности - автор расцвечивает его уникальным рисунком подобно витражисту, который в обычном оконном проёме создаёт из кусочков цветного стекла неповторимую художественную композицию.

Всё начинается с того, что в книге с названием "Никто не умрет" в первом же предложении говорится о том, что Хвост умер. Это ополченец гвардии сержант Андрей Хвостенко, который летом 2023 года мчался на "буханке" вместе с главным героем произведения Никитой Немировым где-то под Артемовском и был атакован беспилотником ВСУ.

А далее автор в своей фирменной манере с временными перескоками, элементами мистики и юмористическими аллюзиями, в том числе т.н. "пасхалками", начинает разматывать историю молодого художника авангардиста Немирова. Вот декабрь 2017 года, когда Никита вместе с творческой тусовкой шатается по питерским питейным заведениям, пытаясь поймать на дне пивного бокала вдохновение для создания картин. Он увлекается авангардной живописью и больше всего любит изображать космическое пространство.
А вот уже январь 2018 года и первая поездка в "пиратские" республики вместе со старым новым знакомым Родионом Волковым, позывной Топор, который давно активно волонтерит на Донбассе.

После этого жизнь нашего художника закручивает вихрь событий во временном интервале до жаркого лета 2023 года. Чтобы передать ощущения героя после первой поездки на Донбасс автор находит интересную метафору, сравнивая Немирова с "криво привитым деревом, растущим куда-то вбок. Не ставшим своим здесь и недотягивающим до тех, среди кого он хотел стать своим там".

К несомненным достоинствам произведения стоит отнести уместное вплетение в текст различных отсылок к произведениям искусства: от картины Малевича "Скачет красная конница" до песен Егора Летова. Более того, автор сам создаёт элементы авангарда в тексте, явной изюминкой которого стала шестая глава, состоящая всего из четырех слов, но каких!

Удачным, на мой взгляд, является выбор жанра произведения - повесть, благодаря чему нет излишней затянутости, текст не проседает и сохраняется динамика. Тем более, что автор до конца держит интригу о том, какие же важные слова успел сказать Хвост Немирову перед своей смертью.

А по поводу чудесных совпадений, то мне показалось очень символичным, читая книгу 12 апреля, встретить в ней напутственные слова праведного Иоанна Кронштадского о недопустимости впадения в уныние и утверждение, что "все мы сделаны из звёзд и станем звёздами". Как говорится, одно другому не мешает.

Сергей Якушкин
#чтения

Дочитала книгу Виктора Ремизова «Анабарская сказка». Очень понравилась!

Напишу отзыв чуть позже, а пока хочу предложить вам ознакомиться с интервью автора.
Оказывается, этот роман Виктор Владимирович писал пять лет. Изучал труды историков, этнографов, историков картографии, разные документы того времени: административную переписку, судебные дела и сыски, хозяйственные записи, налоговые - этого очень много сохранилось… Параллельно ездил в разные места, где проходили пути первопроходцев, смотрел музеи, встречался со специалистами. Архангельск, Тобольск - тогдашняя столица Сибири, Сургут, Енисейск, Туруханск, Иркутск, ну и конечно, Якутск.

https://alpina-proza.ru/stream/v-sibiri-svoboda-byila-pochti-bezgranichnoj.-viktor-remizov

Объявление!

В графике наших Совместных чтений произошли изменения.
Изначально я не планировала обсуждение книги Александра Пелевина «Никто не умрет» в мессенджере МАХ. Но сегодняшняя статистика по чтениям «Промки» Дмитрия Филиппова показала, что в нацмессенджере бОльшая активность, там люди литературно заинтересованнее, вовлеченнее.
Итак, статистика за три часа СЧ по «Промке»:

Комментариев в ТГ - 9
Комментариев в МАХ - 206

Просмотров в ТГ - 790
Просмотров в МАХ - 764

Реакций в ТГ - 46
Реакций в МАХ - 54

Поэтому завтра 19 апреля в 12:00 обсуждение повести «Никто не умрет» Александра Пелевина будет и тут, и там.

А 20 апреля в 12:00 так же в обоих мессенджерах одновременно состоится обсуждение «Поповича» Сергея Шаргунова.

ps Подписывайтесь на мой канал в МАХ -
https://max.ru/irenedrama

Вступайте в наш чат МАХ - там люди реально о книгах разговаривают -
https://max.ru/join/p4jjtkIYoDZjHQHXs_FA_CXBGWowrO-_ENAITqqu1wg

Дочитав последнюю страницу «Промки» Дмитрия Филиппова, я приняла решение сделать перерыв в чтении книг про СВО. Слишком больно, слишком тревожно, слишком переживательно. Особенно в случаях, когда знаешь автора лично. И когда автор не дома в безопасности, а рискует жизнью каждый день. Каждый божий день!

Филиппов написал не просто военный роман, лейтенантскую прозу, окопную правду и тд, и тп. Он написал книгу о том, как смерть перестает быть событием и становится естественной средой обитания, привычным фоном - как воздух, как грязь под ногами, как ветер и дождь. Где смерть - новая норма, от которой не убежать, которую не обмануть.
Дмитрий в своей новой книге делает ее персонажем. Он показывает смерть как неотвязную живую силу, которая обитает в самой земле промзоны. У него она - хищница, которая выбрала себе территорию и не собирается никого отпускать.

Самое сильное место романа - временная петля, в которую попадает Вожак. День повторяется раз за разом, и каждый раз Калина, друг героя, погибает. Вожак пытается обмануть смерть - меняет маршрут, сбивает дрон, бежит не туда, куда бежал в прошлый раз. Но промка все равно забирает свое. Если не Калину, то другого, но забирает.
Вот это отчаяние от бессилия изменить предрешенное, от понимания будничности смерти - оно выворачивает наизнанку. Потому что знаешь: несмотря на все мистические вкрапления в книге (промка-хищница; шаман, предсказавший свою гибель; женщина-видение в белом платье, от которой Вожака спасает только имя Господне), правда в книге одна и она реальна - это мечта остаться в живых еще хоть на сутки.

Но Дмитрий Филиппов не зря любим и уважаем тысячами читателей. Он пишет не о том, как убивают, а о том, как живут перед лицом смерти. И о том, что есть вещи дороже собственной жизни. Да, смерть нельзя обмануть. Но ее можно победить. А побеждают ее не хитростью и не бегством, а тем самым шагом навстречу, который сделал Калина, когда пошел на комика, обернулся и махнул рукой: «Все хорошо, брат».
Этот финал, когда герой идет на верную гибель без страха, с каким-то просветленным спокойствием, напоминает всем нам о том, что человек может подняться на такую высоту духа, о которой в мирной жизни даже не подозревает.

«Промка» - мощная, но тяжелая книга. Ее трудно читать вообще. А зная, что автор в течении уже трех с половиной лет каждый божий день идет под дроны, под мины, под пули и пытается в очередной раз обмануть смерть, читать ее становится почти невыносимо. Потому что книга закончилась, а война Дмитрия - нет.