Туркестан и Поволжье

Бухара и Хива

Zugmayer, E. Eine Reise durch Vorderasien im Jahre 1904. Dietrich Reimer, 1905.

Постоянные набеги на оседлые области занимали важное место в жизни кочевников и приносили знати доход, сравнимый с эксплуатацией зависимых соплеменников. Набеги считались значимым делом, однако и правители оседлых земель не отставали в грабежах. Так, грабительский характер имели многие походы Тимура и Улугбека, поход Шайбани-хана против казахов в 1509 году, улутауский поход Абдулла-хана II и другие.

А. Х. Маргулан, полемизируя с А. А. Семёновым, который видел в организаторах набегов лишь «степных хищников», подчёркивал, что и сами кочевники подвергались разорительным нападениям правителей Мавераннахра.

Источник: Ахмедов Б.А. Государство кочевых узбеков

Хазарский раскол: как гражданская война изменила судьбу каганата?

В своём труде «Об управлении империей» (De administrando imperio) от 948 года Константин VII Багрянородный упоминает о хазарской гражданской войне:

Так называемые кабары (Kābaroi) были из рода хазар. Случилось так, что они подняли восстание против своего правительства [возглавляемого бегом], и когда разразилась гражданская война, их первое правительство [возглавляемое бегом] одержало верх. Некоторые из них были убиты, другие же спаслись и поселились вместе с тюрками [будущими венграми, находившимися на службе у кагана] в земле печенегов [т. е. на территории современной Украины], где они подружились друг с другом.

К сожалению, учёный император не указал даты этой гражданской войны. Агатангел Крымский (род. 1871, ум. 1942) предположил, что она, вероятно, произошла между 833 и 843 годами. Он утверждал, что к 833 году император, хотя уже и играл второстепенную роль, всё ещё принимал активное участие в хазарском правительстве; однако к 843 году он потерял всякую власть, так как арабский халиф теперь вёл переписку только с бегом, полностью игнорируя императора. Вероятно, бег, чтобы предотвратить новую гражданскую войну, заставил императора принять иудаизм и добился принятия закона, побудившего аль-Истахри написать: «Хаканат никогда не даётся никому, кроме иудея». Аль-Истахри добавил, однако, что некоторые члены хазарской династии, даже теоретический наследник престола, всё ещё исповедовали ислам вплоть до первой половины десятого века.

Omeljan Pritsak, “The Khazar Kingdom's Conversion to Judaism.” // «Harvard Ukrainian Studies», vol. 2, no. 3, 1978. Стр. 279-280.

Мирза Табасарани

Г.И.Карпов о анимистических представлениях туркмен:

Из анимистических представлений туркмен по словам Г.И.Карпова: Ал, Арвах. Женщине-туркменке воспрещается в ночное время, выходя из кибитки, быть под деревом у того места, где был костер, пекли хлебы или резали скотину. Туркмены это запрещение объясняют тем, что около всех перечисленных мест в ночное время с наступлением темноты появляется «арвах» (у иомудов на Атреке), «Ал» (у теке), т. е. «нечистый дух, который может появиться и подействовать на женщину, и последняя заболеет или лишится здравого рассудка. Однако из 11 ответов, полученных с мест, объясняющих данный вопрос, большинство корреспондентов указали на то, что «Ал» и «Арвах» служат лишь пугалом сверхъестественным, дабы лишить возможности женщину выходить ночью из кибитки в указанные места, которые могут послужить хорошим укрытием для целей измены мужу. «Ал» или «Арвах» у туркменов рисуется чем-то всемогущим, вездесущим и появляющимся в различных и «весьма страшных и безобразных» видах. Несчастье с женщиной роженицей, ребенком, наличие повальной болезни, падеж скота и т. д., все это в большинстве случаев приписывается козням «Ала». Приведем характерный случай из «действий» «Ала»: под школу в ауле Алла Тепе, Красноводского района, занят дом, принадлежащий ишану из рода Махтум. Дом деревянный, вместительный, вполне подходящий для школы аула. Но в этом доме в настоящем 1927 году «завелся» «Ал», — как передает учитель туркмен, между прочим, окончивший курс переподготовки уже по советской программе. О наличии нечистой силы в школе заявил и председатель аулсовета хан Дурды Аламанов приехавшим в аул представителям ЦИК. Он рассказывает, что когда во время уроков учитель произносит гласные буквы и повышенным голосом, то нечистая сила в одном из углов здания тоже повторяет: оо! аа!.. Оказывается, что под внушением ишана-домовладельца завелся «Ал» в школе.

Источник:
Г. И. Карпов — «Пережитки бескультурья», «Туркменоведение», № 1, 1927 г.

Крымскотатарская семья в Хаджиоглу Пазарджык (Добри́ч)

Болгария, 1930-е годы

Керей и Жанибек возможно не просто так на границу с Могулистаном ушли. Касым хан же говорит что джуйбарский Ходжа Ислам - сын наших пиров - духовных наставников. Вероятно, пирами Керея и Жанибека также могли быть ферганские шейхи. Перекочевка в Могулистан могла как-то по их совету произойти. Либо они были посредниками между казахскими и могульскими ханами. Поскольку сейид Джалаладдин из ишкия помирил джучида Тохтамыша и могула Анка-торе, и сформировал из них антитимуридский союз. Думаю с казахами могло произойти такое же. Но это только догадки.

Российские источники 1856 года отмечают, что огнестрельное оружие в Кокандском ханстве играло второстепенную роль. При отсутствии регулярной армии и господстве иррегулярной конницы ружья использовались неравномерно и лишь дополняли традиционное вооружение. Общее состояние огнестрельного вооружения описывалось следующим образом:

Регулярной армии в Кокане не существует. Войско состоит большею частью из всадников, у которых лошади, хотя и аргамаки, довольно плохи, ценою от 2½ до 4 червонцев. Всадники эти одеты и вооружены, как кому вздумается и придется. Иные солдаты, или, как называют их туземцы, сипаи, держат при себе латы, кривую саблю и копье, другие — одну шпагу, третьи — одну пику. Ружья есть; но их мало: одно бывает на 7 или на 8 человек. Все ружья с фитилями; приклады сделаны чрезвычайно дурно; калибры различны, некоторые стволы непомерно толсты и длинны, остальные — тонки и коротки. Порох и пули раздаются только перед выступлением в поход; на каждого солдата полагается четверть или полуфунта пороха. Раздача производится так невнимательно, что часто иному сипаю приходится порох, другому — достаются одни пули: от этого люди или вовсе не могут стрелять, или принуждены занимать патроны друг у друга.

Не менее показательно выглядело и состояние артиллерии. Формально пушки в ханстве имелись, однако их малочисленность, техническое качество и потери в ходе военных действий делали артиллерию крайне слабым элементом военной силы. Состояние артиллерии и её численность в источнике описываются так:

Артиллерия у коканцев есть; но она так дурна, что едва ли можно назвать ее этим именем. Орудий очень немного. В мирное время они расположены в главных городах, укреплениях и пограничных пунктах. В 1852 году считалось в городе Кокане — 11, в Ходжанде — 3, в Уратюбе — 3, в Креучи — 1, в Ак-Мечети — 3, в Туркестане — 2, в Ташкенте — 5, в других разных крепостях — еще 5, всего 30 орудий. Теперь их гораздо меньше: в июле 1853 года, при взятии Ак-Мечети русскими, тамошние три орудия были отобраны; в декабре того же года, при осаде форта „Перовский“, коканцы потеряли 16 пушек. Следовательно, к 1854 г. в целом ханстве оставалось только 11 орудий. Пушки свои коканцы льют сами из меди и чугуна в Ташкенте и некоторых других местах. На каждом из орудий выставляется штемпель с именем города и кушбеги и обозначением года; какое-нибудь изречение или стих из Корана составляют необходимую принадлежность всякого штемпеля.

В совокупности эти свидетельства показывают, что и огнестрельное оружие, и артиллерия в Кокандском ханстве середины XIX века имели ограниченное значение, тогда как основой военной силы по-прежнему оставалась иррегулярная конница и традиционное вооружение.

Источник: Вельяминов-Зернов В. Сведения о Коканском ханстве // Вестник Императорского Русского географического общества. Ч. 18. 1856. СПб, 1856

🏳️ Культ мазаров в Туркестане

Культ мазаров это лодин из наиболее устойчивых и характерных элементов религиозной жизни народов Центральной Азии. Поклонение сосредотачивается преимущественно на кладбищах или вокруг отдельно стоящих мазаров, гробниц и святилищ, посвящённых почитаемым «святым». Подобные объекты встречаются повсеместно: в казахских степях, горных районах Кыргызстана и Таджикистана, а также на территории Узбекистана. Внешне мазары часто выделяются характерными атрибутами шестами с привязанными конскими хвостами, цветными лоскутами ткани, рогами горных козлов и баранов. Даже при отсутствии реальной могилы святого, мазар может хранить реликвии или обозначать место, связанное с его деяниями.

Существенной особенностью данного культа является его тесная связь с почитанием предков. Мазар в значительной степени представляет собой преобразованное родовое святилище. В ряде регионов, особенно в Казахстане и горном Кыргызстана, эта преемственность проявляется особенно ясно: почитаются не только захоронения, но и отдельные природные объекты камни, пещеры, насыпи, ассоциируемые с именами святых. Подобная практика свидетельствует о наложении исламских представлений на более древние, домусульманские верования, где функции родовых духов и героев постепенно были перенесены на фигуры исламских святых.

Характерной чертой является также стремление служителей мазаров подчеркнуть своё родство с почитаемыми святыми. В некоторых регионах, например в Туркмении, известны целые «святые племена» эвляди, представители которых играют важную роль в религиозных обрядах. Жертвоприношения, совершаемые у мазаров, особенно в связи с хозяйственными циклами (например, при падеже скота или завершении полевых работ), ещё более подчёркивают их функцию как родовых и семейных святилищ. Даже в аграрных праздниках, таких как весенний праздник тюльпана (лола), мазар нередко выступает центральным культовым местом.

Вокруг мазаров сформировалась особая жреческая среда, включающая шейхов, имамов, «потомков» святых, чтецов Корана (кари), а также юродивых (дувана). Несмотря на значительную роль, эта корпорация остаётся слабо изученной. Экономической основой их деятельности являются пожертвования и жертвоприношения паломников, которые полностью поступают в распоряжение служителей. Часто они проживают непосредственно при мазаре, в специально пристроенных к нему кельях.

Популярность мазаров остаётся высокой: к наиболее почитаемым святыням ежедневно стекаются десятки паломников. Этот культ сохраняет жизнеспособность как в крупных культурных центрах, таких как Самарканд, так и в удалённых регионах вроде Куня-Ургенча, где наблюдаются массовые посещения мазаров, особенно среди женщин, обращающихся к святыням с личными и семейными просьбами.

📚 Источник: Религиозные верования народов СССР: Сборник этнографических материалов. Том I. Москва – Ленинград, 1931 г.

Пейзажи Памира

Lentz, W. Auf dem Dach der Welt. Leipzig, 1931

Набеги каратегинцев на Фергану

А. П. Федченко в очерке «Впервые в Алай» (1871) описывает эпизод, когда жители Ферганы предупреждали его о возможной опасности со стороны каратегинцев:

Сборы пошли полным ходом. Вскоре всё было готово. Но вечером, накануне выезда в горы, к палаткам пришли какие-то узбеки.

— Кто вы? — спросил Федченко.

— Местные жители.

— Что вам надо?

— Мы пришли к вашему караул-беги.

Абду-Карим вышел к ним навстречу. Все вместе — и шахимарданцы, и начальник конвоя — долго и очень шумно о чём-то говорили.

— В чём дело? — спросил наконец Федченко переводчика. — Что их волнует?

— Они просят вас отложить поездку в горы.

Федченко понял, что повторяется уже знакомая ему сохская история.

— Не ездите в горы, тюря, на вас могут напасть каратегинцы, — стали упрашивать и джигиты.

— Каратегинцы? Но о них не слышно ни в Исфаре, ни в Сохе. Могут ли каратегинцы оказаться в Шахимардане?

— Близко их нет, но они могут прийти из-за перевала.

— Зачем? Что их сюда привлечёт?

— Вам, тюря, покровительствует его величество, наш милостивейший хан. Чтобы сделать неприятное всемилостивейшему хану, каратегинцы — его супротивники — могут напасть на вас.