Великие цитаты

​«Когда я пошла в первый класс, мама меня зимой на санках возила в школу. А лет в восемь я прочитала "Евгения Онегина" и плакала над судьбой Татьяны, что он на ней не женился. А в классе третьем учительница брала меня к себе домой, сажала на русскую печку и я читала ее семье сказку про попа и его работника Балду. Между нами говоря: в школу я пошла в 1942 году, война была, тяжелое время. Мы жили в Сибири, мама держала корову, и мы не голодали. Когда немного стала соображать, полюбила радио, я его могла слушать часами. А когда стали привозить американское кино, такое как "Серенада солнечной долины", это для меня стало настоящим окном в мир, я могла кино смотреть бесконечно в нашем сельском клубе. Киномеханик, дядя Леша Печенкин, привозил кино, я смотрела все картины, которые он привозил. Фильмы уносили меня в другую, неведомую мне жизнь, во все глаза смотрела, как играют артисты. Когда я приехала учиться в ГИТИС, я артистов знала лучше, чем московские студенты.

…Москва меня особо по голове не ударила. Я быстро освоилась в метро. В Москве жила моя троюродная сестра, когда я приехала и сказала ей, что хочу быть артисткой, она мне сказала: "Валя, не по плечу ты это затеяла…"
Запомнила, как я первый раз вошла в Собиновский переулок, увидела дом и говорю себе: "Это ГИТИС, если угадала, то поступлю…". Я не угадала. В тот год уже основной набор был завершен, но на мое счастье был дополнительный набор. Это было провидение… Я же приехала от фонаря, я же ничего не знала, ни с кем не созванивалась, без школьного аттестата, у меня был паспорт и справка о том, что я студентка 3-го курса Омского сельскохозяйственного института. Все!

Николай Васильевич Петров, который когда-то был Николя Петер и танцевал в Петербурге, в кафе-шантанах. Он был народный артист России. Варвара Алексеевна Вронская, бывшая актриса МХАТа, красавица была. Немирович-Данченко предложил ей стать близким человеком, она отказалась и больше в театре ролей не получала. Это мои педагоги, моя вечная им благодарность. Училась я на пятерки, была Сталинской стипендиаткой.

Театр мне сразу понравился, я училась у всех. У знаменитых и не у знаменитых. В гримерке, в массовке, на сцене, в кулисах - везде училась. Я переиграла всех комсомолок. Когда я пришла в театр, то было сказано: "Пришла девочка, некрасивая, непородистая, обыкновенная социальная героиня. Правда, с красивым голосом и очень профессиональная". Это сказала режиссер Инна Александровна Данкман.

Меня как-то быстро приняли и полюбили в театре. Один пример: я опаздывала на репетиции, жила в общежитии на Каретном Ряду, до театра минут за десять можно было добежать. Как-то все не могла рассчитать время и привирала, то одна причина, то другая. Однажды ко мне подошел Борис Владимирович Иванов, бывший артист одесской оперы, фронтовик. Он сказал: "Вы позволяете себе такое, как будто вы гениальная артистка, а вы не гениальная, вы обыкновенная артистка и опаздывать вы не должны". Он мне как отрубил, с той поры и по сей день я перестала опаздывать. Я и сегодня на все репетиции прихожу раньше всех.

Я сначала Фаине Георгиевне не понравилась, она говорила про меня: "Какая же некрасивая..." Партнерша она была великолепная, потом, в процессе работы, она меня полюбила. Я деревенела перед ней, я понимала, что я никакая не красавица. Но когда на меня надели корсет, надели розовое, все в кружевах и оборках платье. Открыли плечи, сделали мне ресницы, носик подтянули, парик темно-каштановый… Когда я подошла к зеркалу и увидела себя, подумала: кто это? А в следующую секунду подумала: так это же я. И кого я, между прочим, боюсь?.. Пошла на сцену и как дала монолог: "Князь, князь, простите меня!.." А Раневская говорит режиссеру: "Ирина, это же мелодрама…" А Ирина Сергеевна понимала, что меня прорвало, она отвечала: "Ничего, Фаина Георгиевна, ничего…" А меня уже было не остановить, я давала весь темперамент и кричала до самого балкона. И с тех пор я стала для нее хорошей артисткой. Как-то Раневская сказала такую фразу: "Талызина лучше меня, она умеет играть героинь и характерные роли"».

Валентина Талызина

Еще больше интересных цитат и

историй известных людей - в нашем канале. Подписывайтесь, чтобы не потерять - @motivation_citaty

Я узнал от тибетских монахов, что три самые страшные вещи, которые могут произойти с человеком, — это красота, слава и богатство. Кажется, я по уши в дерьме!

© Брэд Питт

Еще больше интересных цитат и историй известных людей - в нашем канале. Подписывайтесь, чтобы не потерять - @motivation_citaty

«Просто жизнь есть жизнь. Она одна, и в этой жизни надо жить, а не просто существовать... Чтобы в ней присутствовала и любовь, чтобы она была наполнена, чтобы она не была пустой.

Но если ты ничего не делаешь после того, как тебе выпал счастливый случай, если просто ждешь следующего, ничего не будет».

Игорь Костолевский

Еще больше интересных цитат и историй известных людей - в нашем канале. Подписывайтесь, чтобы не потерять - @motivation_citaty

«Когда будет лето? Зима мне опротивела, я озяб и немножко болен. Ликуся, я хочу лета, и если не будет лета, то я скотина».

Антон Чехов в письме Лидии Мизиновой, 19 декабря 1892 года.

Еще больше интересных цитат и историй известных людей - в нашем канале. Подписывайтесь, чтобы не потерять - @motivation_citaty

«Если режиссер знает, какого персонажа он хочет видеть в своем фильме, то я ему выдам кого угодно. А ежели он сам не до конца видит полную картину и говорит мне «ну сыграйте как-нибудь по-другому»? Я «как-нибудь по-другому» не умею. Мне четко надо сказать, кого он хочет видеть. Вот так и получается, якобы я истерики закатываю, а потом говорят, что у Гурченко скверный характер!

Открою вам тайну: мое лицо на самом деле никакое! Из него можно лепить все что угодно, потому что в нем нет определенных черт. Мне от природы дано такое каучуковое лицо, из которого можно слепить все. В «Сибириаде» я играла буфетчицу, которая долго моталась по городам на теплоходах и через 20 лет такой жизни встретила первую любовь, Алексея, которого играл Никита Михалков.

И вот из меня надо было сделать обветренную, побывавшую в долгом плавании буфетчицу. Гример мне сразу сказала: «Гримироваться не будем! Сделайте химию, чтобы быть без парика!» На следующий день у меня была прическа а-ля барашек. Прихожу на грим, а она смотрит на меня, вдруг кидает губку в землю и потом ею мне на лицо! Губы сделала потрескавшимися, лак на ногтях содрала. Я смотрю на себя в зеркало и понимаю, что все уже сыграно. Вся моя роль на лице! Кстати, после этого фильма «химия» вошла в моду!».

Людмила Гурченко
⠀

Еще больше интересных цитат и историй известных людей - в нашем канале. Подписывайтесь, чтобы не потерять - @motivation_citaty

​Из воспоминаний Ильи Репина:

Приехавши в Петербург поздней осенью 1863 года, я только к зиме поступил в рисовальную школу. К концу зимы меня перевели в класс гипсовых голов, и здесь я узнал, что по воскресеньям в этом классе преподает учитель Крамской.

«Не тот ли самый?» – думал я и ждал воскресенья.

Ученики головного класса часто и много говорили о Крамском, повторяли, что он кому когда говорил, и ждали его с нетерпением.

Вот и воскресенье, двенадцать часов дня. В классе оживленное волнение, Крамского еще нет. Мы рисуем с головы Милона Кротонского. Голова поставлена на один класс. В классе шумно… Вдруг сделалась полнейшая тишина, умолк даже оратор Ланганц… И я увидел худощавого человека в черном сюртуке, входившего твердой походкой в класс. Я подумал, что это кто-нибудь другой: Крамского я представлял себе иначе. Вместо прекрасного бледного профиля у этого было худое скуластое лицо и черные гладкие волосы вместо каштановых кудрей до плеч, а такая трепаная жидкая бородка бывает только у студентов и учителей.

– Это кто? – шепчу я товарищу.

– Крамской! Разве не знаете? – удивляется он.

Так вот он какой!.. Сейчас посмотрел и на меня; кажется, заметил. Какие глаза! Не спрячешься, даром что маленькие и сидят глубоко во впалых орбитах; серые, светятся. Вот он остановился перед работой одного ученика. Какое серьезное лицо! Но голос приятный, задушевный, говорит с волнением… Ну и слушают же его! Даже работу побросали, стоят около, разинув рты; видно, что стараются запомнить каждое слово. Какие смешные и глупые лица есть, особенно по сравнению с ним. Однако как он долго остается все еще у одного! Сам не поправляет, а все только объясняет. Этак он всех не обойдет, пожалуй. А вот наконец перешел к другому, и все за ним… Мне не нравится эта привычка учеников глазеть на чужие работы и слушать, что кому говорит учитель; да и времени мало для работы в классе, ведь класс-то один раз в неделю.

Вот он и за моей спиной; я остановился от волнения.

– А, как хорошо! Прекрасно! Вы в первый раз здесь?

У меня как-то оборвался голос, и я почувствовал, что не могу отвечать.

Он перешел к подробностям моего рисунка, очень верно заметил ошибки, и мне показалось, что он меня как-то отличил. Это меня ободрило; мало-помалу под конец я осмелился сказать ему, что я знал его острогожских знакомых.

– Не Турбиных ли?

– Нет.

Я назвал своих сиротинских товарищей по работе, но заметил, что они его нисколько не занимали. Он дал мне свой адрес и пригласил побывать у него. Меня и в краску, и в пот ударило. Я был в восхищении от Крамского.

Через несколько дней вечером я тихонько позвонил в квартиру Крамского (Васильевский остров, Шестая линия). Мне сказали, что его нет дома, но что через час он, вероятно, будет. Мне захотелось его видеть, и я пошел бродить по бульвару Седьмой линии в надежде встретить его, идущего домой. Как долго тянется время ожидания! Не знаешь, чем заняться, в голове пустота и беспокойство… Наконец-то десять часов. Теперь он, наверно, дома уже. Звоню опять.

– Еще не вернулся.

Что делать? Неужели идти на квартиру? Нет, поброжу еще и добьюсь сегодня, а то пришлось бы отложить на несколько дней.

Через полчаса звоню еще, решившись уйти наконец домой, если его и теперь нет.

– Дома.

– А, знаю, знаю, вы приходили уже два раза, – прозвучал его надтреснутый, усталый голос в ответ на мое бормотанье. – Это доказывает, что у вас есть характер – добиться своего.

Я заметил, что лицо его было устало и бледно, утомленные глаза вкружились. Мне стало неловко и совестно, я почувствовал, что утруждаю усталого человека. И главное, не знал, с чего начать. Прямого предлога к посещению в столь поздний час у меня не было. Сконфузившись вдруг здравым размышлением, я стал просить позволения прийти в другой раз.

– Нет, что же вы так, даром хлопотали! Уж мы напьемся чаю вместе, раздевайтесь.

Это было сказано так радушно, просто, как давно знакомому и равному человеку.

Еще больше интересных цитат и историй известных людей - в нашем канале. Подписывайтесь, чтобы не потерять - @motivation_citaty