Снова Бродский

Шесть лет спустя Так долго вместе прожили, что вновь второе января пришлось на вторник, что удивленно поднятая бровь, как со стекла автомобиля — дворник, с лица сгоняла смутную печаль, незамутненной оставляя даль. Так долго вместе прожили, что снег коль выпадет, то думалось — навеки, что, дабы не зажмуривать ей век, я прикрывал ладонью их, и веки, не веря, что их пробуют спасти, метались там, как бабочки в горсти. Так чужды были всякой новизне, что тесные объятия во сне бесчестили любой психоанализ; что губы, припадавшие к плечу, с моими, задувавшими свечу, не видя дел иных, соединялись. Так долго вместе прожили, что роз семейство на обшарпанных обоях сменилось целой рощею берез, и деньги появились у обоих, и тридцать дней над морем, языкат, грозил пожаром Турции закат. Так долго вместе прожили без книг, без мебели, без утвари, на старом диванчике, что — прежде, чем возник — был треугольник перпендикуляром, восставленным знакомыми стоймя над слившимися точками двумя. Так долго вместе прожили мы с ней, что сделали из собственных теней мы дверь себе — работаешь ли, спишь ли, но створки не распахивались врозь, и мы прошли их, видимо, насквозь и черным ходом в будущее вышли. 1968 И. А. Бродский

— Считаете ли вы Бродского христианским поэтом? — Тут надо учесть сложность таких характеристик. Он религиозно не безразличный и христиански не безразличный поэт. Но если говорить о христианстве как об исповедничестве и взять образцом Данте или позднего Джона Донна, то это совсем другое. При всех усложнениях и утоньшениях я не представляю христианство без Христа. — Не оставляют ли у вас впечатления некоторые стихи Бродского, что он ищет и находит духовную опору больше в языке, чем в вере? — Конечно, он сам об этом много и откровенно пишет. Редкая независимость. Интервью с Ольгой Седаковой // Полухина В. «Бродский глазами современников». СПб., 1997. С. 221.

Зимним вечером в Ялте Сухое левантинское лицо, упрятанное оспинками в бачки. Когда он ищет сигарету в пачке, на безымянном тусклое кольцо внезапно преломляет двести ватт, и мой хрусталик вспышки не выносит: я щурюсь; и тогда он произносит, глотая дым при этом, «виноват». Январь в Крыму. На черноморский брег зима приходит как бы для забавы. Не в состоянье удержаться снег на лезвиях и остриях агавы. Пустуют ресторации. Дымят ихтиозавры грязные на рейде. И прелых листьев слышен аромат. «Налить вам этой мерзости?» «Налейте». Итак — улыбка, сумерки, графин. Вдали буфетчик, стискивая руки, дает круги, как молодой дельфин вокруг хамсой наполненной фелюги. Квадрат окна. В горшках — желтофиоль. Снежинки, проносящиеся мимо... Остановись, мгновенье! Ты не столь прекрасно, сколько ты неповторимо. январь 1969 И. А. Бродский

«Пилигрим. Иосиф Бродский». Рекомендуем к посещению! Литературно-джазовый спектакль от петербургского театра Vertumn в театральном зале Дома В.С.Высоцкого на Таганке. Жизнь и творчество одного из самых интеллектуальных и глубоких поэтов XX века Иосифа Бродского становится для театра Vertumn самым настоящим космосом, в который они погружаются и вместе с собой увлекают зрителя. 13 января 20:00 на сцене Дома Высоцкого (Москва, м. Таганская) Билеты: brodskyvertumn.ticketscloud.org/ Промокод -20% VERTUMNMSK «Иосиф Бродский. Пилигрим» — это живое слово и живая музыка, пульс которой в исполнении джазового трио Юрия Бедрака претерпевает самые разнообразные жанровые изменения, оставаясь в русле джазовых импровизаций. Актёры Елена Бедрак и Михаил Каргапольцев соединяют художественные и документальные тексты — стихи и поэмы разных лет, выдержки из интервью и писем. Тем самым раскрывают сложный и многогранный образ Поэта, сформировавшего в мировой литературе отдельную Вселенную. Режиссер спектакля - Елена Бедрак, Продюсер и композитор - Юрий Бедрак. Рейтинг на Яндекс Афише 9,7.

О если бы птицы пели и облака скучали, и око могло различать, становясь синей, звонкую трель преследуя, дверь с ключами и тех, кого больше нету нигде, за ней. А так — меняются комнаты, кресла, стулья. И всюду по стенам то в рамке, то так — цветы. И если бывает на свете пчела без улья с лишней пыльцой на лапках, то это ты. О если б прозрачные вещи в густой лазури умели свою незримость держать в узде и скопом однажды сгуститься — в звезду, в слезу ли — в другом конце стратосферы, потом — везде. Но, видимо, воздух — только сырье для кружев, распятых на пяльцах в парке, где пасся царь. И статуи стынут, хотя на дворе — бесстужев, казненный потом декабрист, и настал январь. весна 1994 И. А. Бродский

Итак, мы показали, что Иосиф Бродский не признавал христианского Бога и на протяжении многих лет позволял себе ошибочные, а порой и кощунственные публичные высказывания относительно христианской веры. Приводить их все было бы и долго, и совсем не полезно. В связи с этим возникает другой вопрос: Каким был бог, в которого верил Иосиф Бродский? Здесь можно привести ещё одну довольно показательную цитату, в которой Бродский утверждает, фактически клянется, что писать стихи — более богоугодное стремление, чем жить по заповедям, ходить в церковь, молиться, соблюдать посты и т. д.

...мне кажется, что моя работа по большому счету есть работа во славу Бога. Я не уверен, что Он обращает на нее внимание… что я Ему любопытен… но моя работа, по крайней мере, направлена не против Него. Не важно, что я там провозглашаю и насколько это Ему по душе. Главное, каким образом ты пытаешься понравиться Всевышнему и как ты рассчитываешь свои возможности. Я думаю, именно это нам зачтется, и пусть меня изжарят на сковороде, но я уверен, что наша работа в наших областях куда больше значит, чем стандартная набожность. ("Наглая проповедь идеализма", 1991)

3) Итак, поставив язык в центр своего мироздания, Бродский буквально сотворил себе кумира. Его культом стала высшая форма языка, то есть поэзия, которую он сравнивал с космическим кораблем, способным доставить человека туда, где возможно непосредственное общение с Богом. Бродский искренне верил, что только так он может заслужить Его одобрение и, следовательно, заработать себе лучшую посмертную участь. Какое печальное и опасное заблуждение.

Язык — это важнее, чем Бог, важнее, чем природа, важнее, чем что бы то ни было иное. ("Европейский воздух над Россией", 1981)

Посему не следует слишком восторженно относиться к творчеству Иосифа Бродского и к любым его высказываниям, по крайней мере, на тему религии. Напротив, к ним следует относиться с большой осторожностью, чтобы не усвоить тех заблуждений, которые в них содержатся. Безусловно, Иосиф Бродский получил колоссальное признание со стороны читателей, стал лауреатом множества премий, включая Нобелевскую, и вполне заслуженно. Проблема в том, что Иосиф Бродский до сих пор не получил того, в чём больше всего нуждается, а именно наших молитв. Есть вероятность, что он был крещён в Православной Церкви, когда, будучи младенцем, находился в эвакуации в г. Череповце. Это неподтвержденная информация, но на сегодняшний день только она позволяет надеяться, что Господь помилует Иосифа Бродского по молитвам его многочисленных православных читателей.

Иосиф Бродский нуждается в молитвах читателей Здравствуйте, дорогие подписчики канала "Снова Бродский". Мы поздравляем вас с праздником Христова Рождества и желаем вам крепкой веры в родившегося Спасителя и во единую Святую, Соборную и Апостольскую Церковь, которую Он основал, ведь только в ней, в истинной Церкви Христовой, возможно наше спасение. Как известно, Иосиф Бродский каждый год старался написать стихотворение по поводу Рождества, все мы знаем эти стихи: "Рождественский романс", "В Рождество все немного волхвы", "Рождественская звезда", "Бегство в Египет" и т. д. Эти стихи всё более широко тиражируются в медийном пространстве, включая православные СМИ, их разучивают и декламируют воспитанники воскресных школ. Всё чаще Иосифа Бродского презентуют как христианского автора, но так ли это на самом деле? Полагаем, что наш ответ будет неожиданным для большинства читателей, но именно поэтому мы и должны его озвучить. Нет, Иосиф Бродский однозначно не является христианским автором. На чём основано данное утверждение? 1) Иосиф Бродский не относил себя ни к Православной Церкви, ни к какой-либо другой христианской организации. Он воспринимал христианство исключительно как возможность принадлежать к европейской культуре, то есть не быть "варваром". К сожалению, ни христианское вероучение, ни вообще христианская традиция Бродского не интересовали. Он всё интерпретировал по-своему, не считаясь с многовековым церковным преданием. Например, он считал, что Яхве, Бог Ветхого Завета — это какой-то другой Бог, совсем не тот, что "появляется" в Новом Завете. Стоит ли говорить, что одно это в корне противоречит христианской вере? Впрочем, Бродский и не скрывал своего к ней (как он её понимал) отношения:

Как убеждение христианство не слишком удовлетворяет меня, оно не очень мне интересно. Только потому, что… Знаете, я открыл принцип, на котором держится эта ментальность. Как в продуктовой лавке — платишь столько-то, получаешь столько-то. ("Наглая проповедь идеализма", 1991)

Именно так Иосиф Бродский, автор цикла рождественских стихов, представлял христианские взаимоотношения с Богом, а вот как он относился к Самому Спасителю:

Мне по душе девяносто процентов всего того, что я знаю об Иисусе, но десять процентов для меня лишние. (Там же)

Очевидно, Иосиф Бродский писал рождественские и другие стихи не потому, что исповедовал христианство. Тогда почему?

Дело просто в том, что Россия принадлежит христианской культуре, и потому, хочешь не хочешь, христианство существует в моих стихах, христианская культура видна в самом языке. ("Жить в истории", 1988)

2) Зачастую Бродский называл себя язычником, отстаивал вполне языческое мировоззрение. Например, в знаменитом эссе "Набережная неисцелимых" он рассказывает о своём суеверном пристрастии к водной стихии и приводит весьма характерные теологические аргументы:

Я всегда был приверженцем мнения, что Бог или, по крайней мере, Его дух есть время... я всегда считал, что раз Дух Божий носился над водою, вода должна была его отражать. Отсюда моя слабость к воде... Я просто считаю, что вода есть образ времени, и под всякий Новый год, в несколько языческом духе, стараюсь оказаться у воды, предпочтительно у моря или у океана, чтобы застать всплытие новой порции, нового стакана времени.

Обратите внимание на фразу "Бог или, по крайней мере, Его дух есть время". Во-первых, христианин никогда не скажет, что Бог есть время, поскольку данное определение совершенно бессмысленно с христианской точки зрения. Во-вторых, здесь мы видим прямое отрицание христианского Бога, Который един по существу и троичен в Лицах. Для Бродского же Дух Святой является не третьим Лицом Пресвятой Троицы, но атрибутом Бога Отца. Продолжение

Рождество 1963 года Спаситель родился в лютую стужу. В пустыне пылали пастушьи костры. Буран бушевал и выматывал душу из бедных царей, доставлявших дары. Верблюды вздымали лохматые ноги. Выл ветер. Звезда, пламенея в ночи, смотрела, как трех караванов дороги сходились в пещеру Христа, как лучи. 1963-1964 И. А. Бродский